Александр — князь праведный — жил на Руси,
Я немного о нём расскажу вам сейчас.
Он в тринадцатом веке родился еси
И от недруга землю российскую спас.
Но начнём по порядку, не станем спешить:
В Переславле-Залесском герой наш рождён.
Был умён он, смекалист, как сказ нам гласит,
И к тому же ещё непомерно силён.
Гнул подкову спокойно он левой рукой,
И коня останавливал он на скаку.
Богу предан был всею своею душой,
Но порою впадал без причины в тоску.
Из древнейшего рода был славный наш князь,
Ярослава отважного набожный сын.
Дни свои коротал, непрестанно молясь,
И с народом своим был он духом един.
От набегов орды всё страдал наш народ —
Дань брала нечестивая эта орда.
Но и в княжествах был в это время разброд,
Враждовали князья, но сплотиться пора.
Ярославович княжества смог примирить,
И восстали все вместе уже на врага.
Стали недруга русичи славные бить,
Но нагрянула новая вскоре беда…
И со шведами битва была при Неве,
Но с дружиною князь и тогда победил.
Невским стал называться в народной молве
Александр, что Бога безмерно любил.
Нападали германцы в то время на Русь,
Много бед принося и страданья во всём.
Только наш светлый князь был, конечно, не трус
И владел он прекрасно копьём и мечом.
Был апрель на дворе, и напали враги,
У Чудского же озера битва была.
Но доспехи тевтонцев совсем нелегки:
Треснул лёд, крестоносцев вода приняла.
Одержали победу тогда над врагом,
И побед было много ещё впереди.
В ставку хана отправился князь наш потом,
Ретивое тревожно стучало в груди.
Вдруг заставят чужим поклоняться богам?
Жертву им витязь наш не хотел приносить.
Но не стал хан Батый здесь настаивать сам
И не стал православного князя казнить.
Ставка хана закончилась, был договор,
Что не будет орда больше зло нам чинить.
Стал болеть князь преславный уж с тех самых пор,
И немного ему оставалось уж жить.
На обратном пути стал он телом слабей,
И на сердце лежала немая тоска:
Много было погибших Руси сыновей,
И кручина у князя была велика.
А хотелось служения Богу начать,
И монашество принял наш славный герой.
Алексеем стал зваться, чтоб Духа принять,
И тогда отошёл князь на вечный покой.
Сорок два князю было, когда он почил,
И Евангелие захотели ему
В руки тихо вложить, но он рук не открыл
И не дал это сделать тогда никому.
Помолились отцы об усопшей душе,
И рука князя книгу берёт уж сама.
Удивился народ и заплакал уже,
Только радостно сделалось многим весьма.
И Господь князя принял в обитель Свою,
Полководцу открылись блаженство и рай,
Ведь немало побед одержал он в бою
И от недруга спас православный свой край.
Июль 2026